... На Главную

Золотой Век 2011, №1 (43).


ИГОРЬ ШВЕДОВ


ИСКУССТВО УБЕЖДАТЬ


БЕСЕДЫ О СОВРЕМЕННОМ КРАСНОРЕЧИИ

КИЕВ. ИЗДАТЕЛЬСТВО ЦК ЛКСМУ «Молодь», 1986 год.


БЕСЕДА ПЕРВАЯ. ОРАТОР.

Глава 4.

Параграф 2.


В конец |  Содержание  |  Назад

Публичная речь в идеале — всегда экспромт. Но экспромт, заметьте, составленный из крупных блоков, заранее наработанных, заранее заготовленных. Ваша тема, ваш предмет, ваши муки постижения проблемы, ваши тревоги, ваши сомнения, поиски, догадки, надежды, откровения, ваша кровь — вот настоящий материал для построения публичной речи!

Специализация в нашем понимании — есть глубина, основательность познания предмета. Не зауживание интеллекта,— какая, право, чушь! — а, напротив, его безбрежное, но целенаправленное расширение.

Коль скоро будущая речь станет продолжением вашей собственной жизненной позиции, то первой задачей оратора, естественно, является отработка личной позиции в данном предмете. Я думаю, в этом и есть глубинная суть замысла как творческого процесса: отработка позиции.

Вы, разумеется, говорите конкретную речь. Но за вашей спиной при этом стоит опыт всей вашей жизни. И чем объемнее, достойнее, богаче этот ваш предыдущий жизненный опыт, тем очевиднее надежды на успех подготовки публичного выступления.

Мудрецы древности задавали такой вопрос: "С начинается полет птицы?" И отвечали неожиданно: "С желания взлететь!"

На уровне замысла за письменным столом отрабатывается вот это святое ораторское "желание взлететь": вера в необходимость высказаться, ;убеждение, что невозможно отмолчаться, отсидеться кустах, нельзя не кинуться в драку за верную мысль, за дело, которое дорого твоему сердцу.

Отсюда важнейший признак подлинно современной публичной речи: атакующий стиль. Мысль Ленина: "Максимум марксизма, максимум популярности и простоты". Как это часто у Владимира Ильича, в одной фразе — целый учебник: максимум марксизма, максимум популярности и простоты".

Говорить о том, в чем ты неколебимо убежден. Ибо только убежденность порождает убедительность речи. При соответствующей, конечно, аргументации, основанной на знании предмета.

Говорить о том, что действительно волнует тебя самого, что тебя заинтересовало, растревожило, увлекло в ходе познания предмета.

Говорить неравнодушно, со своим личным отношением. Ибо в современной аудитории по-настоящему принятым, услышанным может быть только страстное слово. Вспомните, как Горький описывал выступающего Ленина: "Иногда казалось, что неукротимая энергия его духа брызжет из глаз искрами, и слова, насыщенные ею, блестят в воздухе".

Ленин завещал нам: прежде всего думать о слушателях, всеми силами добиваться, чтоб тебя поняли, предельно раскрывать свою позицию и на этой основе — увлекать, убеждать, влиять.

Как естественный вывод формулируется ведущее качество современного советского оратора: искренность! Быть на аудитории самим собой! Если вы по ходу выступления задумались — думайте не смущаясь; если сказано или произошло что-то смешное — смейтесь вместе со всеми; если охватило вас вдруг сильное чувство — что ж, это не помеха! Составители прекрасной книги "Спутник оратора" ("Сов. Россия", 1966) А. Степанов, А. Толмачев пишут так: "Волнение оратора положительно действует на аудиторию даже тогда, когда оно в общем-то мешает ему говорить". Люди в конце концов ждут не ходячих магнитофонов, которые услужливо прокрутят чужие мысли. Мы с вами, располагаясь в лекционном зале, хотим видеть на трибуне незаурядную личность, увлеченного знатока, бойца за правое дело. Человека, который принесет с собой страстный поиск истины, выйдет, чтоб сгореть, но доказать, увлечь, убедить, повлиять.

Величайшим образцом искренности был неизменно Владимир Ильич Ленин. Ленин поступал замечательно просто: жил как говорил, говорил как жил. Замечательно просто! Ни намека на позу, саморекламу, трогательная простота облика, презрение к демагогии, ясность, последовательность убеждений, беспредельная преданность делу революции, неподдельная страсть в сочетании с трезвостью мысли — вот что такое Ленин на трибуне. Оратор, чья мощь держалась знанием предмета, всей жизнью завоеванным нравственным правом на его изложение. Вся мощь Ленина, вся неотразимость его речей корнями уходили в его жизнь — святую и неповторимую, удивительную и прекрасную жизнь Ильича. Все корни там.

Пожалуй, в этом и состоит главный урок для любого из нас, выступающих публично. Ибо суть проблемы заключается в том, что качество публичной речи целиком и полностью обусловлено качествами оратора — личностными, гражданскими, профессиональными.

"Ergo" — "итак".

Вы вышли говорить публично. Будет ли ваша речь короткой или длинной — не так уж важно. Знайте, с этого мгновения вы не принадлежите целиком самому себе.

Люди, находящиеся перед вами, оценивают вас в совершенно особом ключе. Те, кому вы давно знакомы, готовы воспринять вас в новом качестве. Те, кто вас не знает, непроизвольно стараются составить себе максимально полное о вас представление.

Вы как бы насквозь просвечиваетесь под их взглядами. Приобретает значение всякая подробность, каждая деталь. Ваши действия, слова, даже ваше время — всему вдруг сообщаются какие-то иные измерения. Вступают в силу факторы, правила, установки, до той поры вас даже не касавшиеся.

С этого мгновения вы — Оратор! Лицо общественное, значительное. Лидирующий элемент сложной системы. Отступления нет и быть не может. Всем — и вам, и вашим слушателям — ясно, что только от вас зависит, чем закончится этот ваш выход.

Теперь чтоб хорошо сделать свое дело, надо быть, что называется, во всеоружии Знаний, Опыта, Умения.

Обо всем этом — в следующих беседах.


К началу |  Содержание  |  Назад